Сӱрем. Кӱсӧ

Сӱрем. Кӱсӧ

(Праздник летнего жертвоприношения)

.. .Самый главный и строгий праздник у черемис Сӱрем или Шурем. Он бывает в конце июня и посвящен главному богу Юме, и потому празднуется моление всем миром. За несколько дней до праздника дается повестка по всем окрестным деревням, чтобы все в назначенный день собирались в лес, где обыкновенно каждый год бывает моление. В лесу есть долина, среди которой стоит дерево, вероятно, считаемое за святое. В день моления черемисы все идут в баню, надевают чистые рубашки и балахоны (холстинные кафтаны) и приходят на место тихо и смирно. Ни одна женщина не смеет туда показаться. Они так уважают этот праздник, что в три дня моления никто не смеет понюхать табаку и выкурить трубку, до чего черемисы большие охотники. В эти три дня они, как татары, беспрестанно моются. Когда все молельщики соберутся, тогда карт собирает со всех деньги, сколько угодно кому дать, и кладет их в одно место. Эти деньги собираются для закупки коровы, барана и разных птиц. Скота заготовляют множество, потому что разве десятое животное, по испробовании, возьмется для жертвы. Собравши деньги, они устраивают, на случай дождя, род балаганов из лубков, где разводят огонь и привешивают котлы. Окончив эту работу, начинают пробовать скот, удобный для жертвы. Льют на спины коровам и овцам воду. Которое животное от холодной воды встрепенется, то и оставляют для жертвы, а стоящее при этой операции смирно, отдают хозяину обратно. За встрепенувшееся платят дорого. Птиц берут без разбора и никогда с продавцом не торгуются. Без сомнения, и этот лишнего не запрашивает. Скотину привязывают к дереву, связывают ноги и колют. Содрав кожу, режут мясо большими частями, кладут в котлы и варят. Карт идет к дереву и ставит свечку на сучке, все черемисы делают то же; в несколько минут дерево делается как бы унизано зажженными свечками. Вот тут начинается моление, и читаются молитвы (Молитва приводится автором на марийском и русском языках. Однако ввиду многочисленных лексических и грамматических искажений марийского оригинала в данной публикации приводится лишь авторский перевод на русском языке. - Ред.).

Кто Богу принес жертву,

тому Бог спасения или помилования и здравия дай.

Родившимся детям в деньгах, хлебе, делах и скотоводстве счастие дай.

Чтобы пчелы в новый год рои пустили, а когда рои пустят, то и в меду спорынью дай.

Птиц и зверей ловить счастие дай.

Серебром и золотом надели и счастие дай.

Дай Бог счастие взять тройную г^ену за товар.

Все сокровища, какие есть на земле и во всем свете, получить счастие дай.

Помоги, Боже, государственные подати заплатить.

Когда придет вешний бог,

трех сортов скотину в три дороги выпустить помоги.

От глубокой грязи, от медведей, волков и от воров оную помилуй.

Из той скотины яловые были бы стельны.

Худые же детским счастием были бы жирны.

Чтобы яловую скотину одной рукой продать, а другой рукой деньги взять, пошли,

Боже, добродушного друга или человека.

В проезде по дальней дороге от худых людей, от злой болезни, от глупых людей, от судьи худого и от вздорного человека, от языков зловредных помилуй.

Как хмель пухляв и полон, так мне жить ума и счастия дай.

Как свеча горит светло,

так меня жить сподоби и здравием награди.

Как воск ровно садится,

так мне постоянно жить счастие даруй.

Просящему удовлетворить спорынью дай.

Когда мясо поспеет, они поедят и опять за богомолье, и всегда почти на коленях, лежа ниц лицом. Вина и даже их необходимого напитка пива брать на богомолье не возможно. Пьют обыденный, сваренный на месте моленья, а не домашний мед.

Это важное моленье продолжается три дня и вовсе без сна. Все, что в три дня не успеют съесть, бросают в огонь, кости и внутренности животных также сжигают в костре.

По окончании моленья карт назначает, в который день надобно всем собраться в поле, и после в этот же день гонят шайтана. В собрание на Сӱрем я сего дня поеду, а на моленье ехать побоялась. Говорят, будто черемисы приходят в исступление, когда увидят на этом моленье женщину, что и случилось в прошлом году. Одна черемиска была недовольна своим сыном, который в самом деле ее не почитал, а пьяный и бивал. Матери вздумалось пожаловаться на сына Юме в это время, когда в лесу было богомолье Сӱрема. Черемиска, пришедши в лес, встала на колени позади молящихся черемис и приносили свои жалобы Юме. Тучи, без сомнения готовые прежде, скоро после прихода черемиски начали воевать грозно. Сделалась преужасная буря, снесло все балаганы. Гром и молния разогнали молящихся, дождь залил огонь жертвы, и когда черемисы увидели черемиску, так ожесточились, что хотели убить ее до смерти. Сын, на которого она жаловалась, кое-как ее спас, однакож их избили до полусмерти. Черемисы были уверены, что причиной бури была черемиска. Они положили, наверное, что приход женщины раздражил (рассердил. - Ред.) бога грома и осквернил моление. Вот еще другой случай, по которому ты можешь видеть, что черемисы довольно опасные люди, когда их рассердишь.

Я сей час возвратилась домой и скажу, что с удовольствием наблюдал а собрание Сӱрема. Недалеко от нашей деревни, среди лесу, в лугах, есть прекраснейшая долина, длиною более версты, огороженная кругом плетнем, где обыкновенно после трехдневного моленья черемисы и черемиски собираются со всех деревень. Я не могла допроситься, что значит это собрание, гулянье или что-нибудь религиозное? На этом собрании царствует тишина, нет ни пива, ни вина, ни гайканья. Я приехала довольно поздно. Народу уже собралось множество. Сколько телег и кибиток парами и тройками! Черемисы стояли возле телег толпами и между всякой толпы оставалось сажени две пустого места. Этот размер был по деревням: из каждой деревни приезжали и становились к своему отделению. Между ними было немного пожилых женщин, но молодые женщины и множество девок стояли у плетня, также отделениями. На другой стороне у плетня также стояло множество кибиток, парами и тройками. На козлах каждой кибитки сидели опрятно одетые молодые черемисы, а кругом повозок - несколько молодцов верхами. Середина долины была совершенно пустая. У многих черемис были в руках, аршина в три или более, дудки, сделанные из липовой лутошки и обвитые берестой. Эти дудки как бы есть принадлежности праздника Сӱрем. При других праздниках на них никогда не играют. Всякая женщина, девка, девчонка держали в руках овсяные калабашки, сделанные из крупной овсяной муки с молоком, а наверху калабашек лежали круглые, маленькие сырчики, сделанные из творога. Черемиски этим кушаньем беспрестанно потчевали друг друга. Та, которая потчует, берет у другой ее калабашку и держит в руках до тех пор, пока та укусит от калабашки и от сыра, и опять размениваются. Это откусыванье продолжается во все время гулянья. Некоторые женщины и девки ходили в толпу к черемисам и подносили им праздничное блюдо. Каждый черемисин, разглаживая бороду и табаком насыпанные усы, откусывал с удовольствием. Не правда ли, как приятно отведать от кушанья, где сто ртов покусало? Один черемисин, мой сосед, увидя, что я с любопытством рассматриваю их кушанье, пошел к своей телеге, вынул из нее калабашку и сырчик и подарил мне. Немного погодя, заложенные кибитки с кучерами одна за другой подъезжали к толпе черемисок. Молодые бабы и девки с восторгом, наперерыв бросались к кибиткам и садились в них по пяти и более. Кибитки с ездоками скакали по долине взад и вперед несколько раз во весь дух. Потом другие сменяли прежних сидельцев, и это катанье продолжалось очень долго. Черемисы вместе с кибитками скакали по долине, перегоняя друг друга. Я пробыла на празднике до захождения солнца и более ничего не увидела. Нельзя не удивляться равнодушию черемисок. Сколько раз я подходила к их толпе, а они не обращали на меня своего внимания и продолжали свой разговор, не удостаивая меня взглядом.

По окончании собрания или на другой день черемисы гоняют шайтана. Иные говорят, что шайтан значит домовой, и что черемисы, всякий год выгоняя старого домового, призывают нового. Но другие старики говорят, что это неправда, что шайтан значит нечистый дух, который забирается в дом и тревожит скот и людей. Для прогнания шайтана собирается множество молодых черемис верхами в одно место. Не эскадронами, а целым полком отправляются вскачь по деревням, с шумом, с криком, с гарканьем въезжают в каждую деревню и ко всякому на двор. Скачут с шумом по двору, бьют лутошками и дубинами по амбарушкам, по хлевам, по всем углам избы. Иногда вбегают в избу и в ней опахают, махая лутошками, выгоняют шайтана, за что хозяин им дает всего от своей стряпни, а иногда и денег...

ФУКС А. Записки о чувашах и черемисах Казанской губернии. Казань, 1840. С.209-221.